Самая глубокая песня Гребенщикова 2

Итак, продолжаю те мысли о песне Гребенщикова «Тень», о которой написал в первой статье. И далее без «воды» – все по теме, поскольку статья и так предстоит большая…

Завершил я тогда на:

«Я помню день, когда каждый из нас мог быть первым» … Что значит эта следующая строка песни? Было время, видимо, в самом начале времен, когда мы начинали эволюцию своих душ все одновременно, и тогда шансы у всех были одинаковы, каждый из нас мог в потенциале обогнать другого на пути к совершенствованию самого себе.
«И мне казалось, — наши цепи сами рвались напополам», — то есть движение вперёд могло быть в начале столь стремительным, что его по ощущениям героя никто не мог остановить, все препятствия были «по плечу». Но это было в самом начале пути, сразу после того, как души наши вышли из Бога с целью найти его в мире.

«Я пришёл сюда – выпить вина и дать отдых нервам. Я забыл на секунду, — чтобы здесь был свет, — ток должен идти по нам». И не получилось сохранить эволюционную скорость души, достигнутую в первые минуты старта. Герой оправдывается: «лишь начав движения, я уже устал», а потому пришлось забыть правила гонки и правила движения по Эволюционному Пути Души, о чем говорит термин «вино» в песне. Но тут уже герой вспоминает о Главном Правиле – правиле самосветимости, — если ты хочешь нести свет и себе и людям – ты должен сам светиться, но при этом ты так же и должен осознавать, что это – тяжело, ибо ток должен идти через тебя… а это не только тяжело, но и больно…

А для того, чтобы слушатели песни смогли глубоко осознать эту последнюю мысль – долгое время проигрывается музыка без текста. Но суть песни не завершается на этом, до сути мы еще очень далеки. И потому автор текста песни продолжает:
«Почему здесь так холодно? Или это – норма в подобных местах?» Религиозные люди скажут, что речь тут об аде, в который попал герой песни после того, как «забыл» про закон самосветимости. Если бы речь тут шла о ощущениях героя в аду, то зачем тогда добавлять мысль: «о норме в таких местах»? Ведь это уже размышления, которые не имеют никакого места в аду, где только мучения, а тут герой рассуждает вполне спокойно и хладнокровно. Это не ад, конечно. Тут совсем иное. Герой песни понимает, насколько в данном конкретном мире ему не комфортно, но он так же понимает, что миров очень много, а то, что лично ему не комфортно, — значит лишь то, что он лично не приспособлен жить в этом мире, а это уже понимание и анализ сложности миров.

«Зачем ты целуешь меня? И чего ж тут солдаты в кустах?» — эти строки можно понимать двояко: 1. Как соотношение любви в мире и войны (ненависти) в мире или как любовь под опасностью войны или 2. Как борьбу любви и войны, которые не могут быть друг без друга, ибо их взаимоотношения и порождают все процессы в мире.
«Если тебе платят за это, — скажи, я, наверно, пойму. Но если ты пришел сюда дать мне волю, — «спасибо», уже не к чему». Эта срока так же говорит двояко: 1. Плата, оплата, — в современном нам мире – это уже сама по себе цель, и тут герой песни намекает своему оппоненту о том, что его поведение в таком случае нерационально, ибо он сам не ведает, что творит, ведь ему плевать на то действие, за которое ему платят, ибо самоцель – оплата, не важно за что, как у многих людей в современном мире; 2. Но если мы рассмотрим второе предложение этой мысли, то вопрос об оплате отпадает, ибо тут герой упоминает о некой «воле», которая теперь ему уже не нужна, ведь он ощутил силу несовершенства его антипода, когда осознал, что тот работает только за деньги, за выгоду. Герой в этой строке ВПЕРВЫЕ ПРЕВЗОШЕЛ СВОЕГО АЛЬТЕР-ЭГО, которого ранее он считал выше себя, ибо не знал его природы; но поскольку песня об эволюции души человека в природе Бога, то герой с каждой строкой все более и более понимает мир, который вокруг него и все более… что? А об этом в самом конце песне.

«Вокруг меня – темнота. Она делает, что я прошу.» Это о чем? Само существование темноты необходимо, чтобы иметь смысл самосветиться, побеждая ее.
«Я так долго был виновным, что даже не знаю, зачем я дышу.» Герой все больше осознает уровень своего невежества в познании окружающей природы, и признается нам в том, что его это столь страшно раздражает.

«И каждый раз – это последний раз. И каждый раз я знаю, — «приплыл!». Но глядя на тебя, я вспоминаю сейчас то, что даже не знаю, что забыл». А тут о чем строка песни? В этом мире с точностью ни в каких процессах и никогда нет повторений, настолько сложно Бог управляет миром. Поэтому герой и сообщает себе своим восклицанием: «приплыл!», — свое удивление миром Бога. Но своему оппоненту он так же сообщает о том, что он ему благодарен, поскольку осознает эту сложность мира только благодаря нахождению его рядом и самим процессом «видения» его. То есть этот самый оппонент героя – его тень – он же и проводник к мире познания.
«Мое сердце не здесь. Снимайте паруса с кораблей!» — все, начинается финал. Герой познал почти все, и можно снимать паруса с кораблей, ибо он говорит нам о том, что более движение вперед ему не нужно. Он осознал, что???

«Мы долго плыли в ДЕКОРАЦИЯХ моря. Но вот они: фанера и клей». Все! Это – финал понимания мира. Ибо нет никакого мира, а есть лишь его иллюзия, отличная от реальности Бога – единственного, что реально. Все остальное только фон, только спектакль, только Его представление, только Его ощущение Самого Себя. А как можно проявлять движение от себя к самому себе?

«А где-то ключ повернулся в замке, где-то открылась дверь. Теперь я вспомнил, вспомнил, откуда я знаю тебя, и мы в расчете теперь.» Все. Все карты раскрыты, пелена Майи спала с лица, и герой стал сам Богом, — но уже прошедшим через иллюзии Самого Себя.

Гребенщиков явно знаком с Шанкарой, что не удивительно, если учесть тот факт, что он многократно был в Индии.

Кто-нибудь из вас понимает эту песню? Нет. Вот теперь понимает. По крайней мере, хотя бы знаком с ее истинным смыслом.

Все фото из открытых источников

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *