Песня о тайной силе веры (очень глубокая)

Песню эту (а ее слышали почти все в России) написал Илья Кормильцев, который писал многие тексты для группы Наутилус Помпилиус. Музыка к песне принадлежит исполнителю ее – Вячеславу Бутусову. Но только музыка, а в данной песне главное, конечно же, текст, и текст этот очень странный. Он настолько же странный, насколько и глубокий (для современного человека). Я давно хотел написать статью об этой всем известной песне.

Я уж не знаю то, как именно Кормильцев писал текст к этой песне, но ясно одно – он писал этот текст не в одиночестве, а явно под диктовку свыше. Часть моих стихов написана точно таким же образом, потому что тут нельзя сказать о том, что песня написана христианином. Кормильцев не был никаким христианином, тем более тогда, когда ее писал – в 1990-м году, когда атеистический СССР все еще был жив. Он был поэтом. Просто поэтом. И приносил Бутусову много текстов своих стихов, а Бутусов выбрал именно этот его текст тогда, в 1991 году. И именно благодаря Бутусову он сделал этот стих популярным, всем известным в народе.

Уже сам по себе факт того, что этот текст к песне (а на самом деле совершенно самостоятельный стих) написан в абсолютно атеистическое социальное время – это уже о многом говорит о Кормильцеве, как о поэте – он жил вне времени вообще. И ему удалось прекрасно передать всю суть веры (истинного знания) в данном тексте своего стиха.

Как и положено людям, которые совершают столь мощные духовные подвиги, Илья Кормильцев умер довольно рано – в 47 лет в 2007 году, а значит на момент написания данного текста к будущей песне ему было всего то 33 года… Обратите внимание – 33 года! Ни о чем не напоминает вам?
Сам Кормильцев, между прочим, стал истинно верующим христианином только в 1996 году. Именно в этом году он крестился в русской православной церкви. А до этого года он только готовился к данному событию, — внутренне, на душевном плане. Однако поиски им правильного пути в жизни не завершились с принятием христианства – в конце своей не долгой жизни он был готов принять ислам. О чем это говорит? Как раз о том, о чем он передал в словах в тексте этой песни.

Начнем с того, что апостол Андрей – это апокриф (проклятие) со стороны Церкви. Кормильцев и сам по себе таким при жизни был всегда – он всю свою жизнь боролся со всем официальным и общепринятым, — что при советской власти, что после нее – в этом плане ему было все равно, лишь бы продолжать борьбу. Он был истинным кшатрием от рождения и до смерти.

Длинное получилось предисловие, но без него никак, поскольку автор данного текста к песне нуждается в не меньшем внимании, чем внимание к сути самой песни – тут они неразрывно связаны.

Лично мое мнение таково: песня написана не Ильей, а под диктовку свыше Ильей. И диктовавший хотел передать смыслом этой песни самое главное – силу веры, которая определяется только через страдания и лишения. Это если совсем коротко. Но если вера укрепляется только через страдания и лишения, то это и есть истинно христианская вера. Понимал ли сам Кормильцев этот факт тогда, когда писал текст к будущей песне – не уверен. Даже уверен в том, что на сознательном уровне не понимал.
Причем обратите внимание на то, сколь легко автор текста к песне передаёт нам глубину осознанности силы веры:

«С причала рыбачил апостол Андрей,
А спаситель ходил по воде…»

Вдумайтесь в эти две строки. Нечто совершенно необычное подается нам в качестве обыденного и скучного даже. Ну что тут такого необычного, когда один человек ловит рыбу с берега, а другой бесшумно ходит по поверхности озера? Что тут такого особенного?

Далее у ученика Андрея все-таки в голове возникает вопрос о том, что тут есть что-то необычное и тогда он задает этот вопрос:

«И Андрей закричал: «Я покину причал,
Если ты мне откроешь секрет»…»

Андрей перестал воспринимать обыденность как нечто само собой разумеющееся и попросил у Учителя своего ответить на вопрос: каким образом он может столь легко обходиться без внешних устройств (типа лодки) для того, чтобы спокойно ходить по воде и не тонуть. Это ж не нормально вообще-то, если иметь в виду обычные условия бытия. Но в песне то речь не об обычных условиях.

Что Андрей слышит в ответ? Никакого напряжения и никакой эмоциональности. Почему? Потому, что люди на данном уровне осознавания бытия, когда им легко доступна такая форма взаимодействия с материальным планом, как левитация, они в принципе не эмоциональны, иначе тут невозможно. Об этом феномене нужно писать потом отдельно. И потому Учитель отвечает:

«…Спокойно, Андрей,
Никакого секрета здесь нет.»

А дальше как раз самое интересное в тексте, и не только в психологическом плане… Точнее даже не столько в психологическом плане, сколько в плане мета-психо-физическом. Что сообщает Учитель? Он говорит прямым текстом:

«Видишь, там, на горе возвышается крест,
Под ним десяток солдат, — повиси-ка на нем,
А когда надоест — возвращайся назад,
Гулять по воде, гулять по воде, гулять по воде со мной.»

Понимаете, да? Приглашение в ад страдания? Или что-то иное? Через какой ад мук и терзаний нужно пройти для того, чтобы обрести невиданные возможности? – об этом говорит Учитель Андрея или же он говорит о том, что нужно постичь неизмеримое для того, чтобы осуществлять невозможное? В обоих случаях речь идет о подвигах, — духовных прежде всего, а не только волевых.

Что же мы с вами наблюдаем в результате в конце повествования текста к этой песне? Ничего хорошего! Очередное разочарование в людской природе, не готовой к принятию подвигов… Готовой только к тому, чтобы прожить комфортно и мягкотело.

«Объясни мне сейчас, пожалей дурака,
А распятье оставь на потом».

Это восклицает Андрей. Он на своём уровне. Он совершенно не понимает Учителя. Он думает, как говорит мой отец, — «проскочить на шермака», то есть что-то великое и важное получить хитро и на халяву. И вот дальше реакция идет уже вполне естественная и вовсе не «прилизанная» религиозно-христианская (и тут тоже Кормильцев не дал себе остыть, как истинный и постоянный нонконформист по жизни):

«Онемел спаситель и топнул в сердцах
По водной глади ногой…
Ты и верно дурак…
И Андрей в слезах
Побрел с пескарями домой…»

О чем тут говорится? Готовое встречается (входить в диалог) с не готовым, божественное с земным, и от того нет взаимопонимания – слишком велика разница в восприятии Бытия между двумя этими началами природы. Они, вроде как, и хотят быть вместе, но не могут в силу чисто технических понятий. Человеческому началу божественное кажется невозможным в то время, как божественному человеческое представляется слишком уж простым и не нужным.

Видеоряд:

Все фото из открытых источников

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *